Get Adobe Flash player

ДУЭТ ДЛИНОЮ В ЧЕТВЕРТЬ ВЕКА

Наполеон и Жозефина. Размышления о взаимоотношениях

(из цикла "Постижение Наполеона")

Страница 1

События, случившиеся в Украине в ноябре 2013 года и переросшие в феврале 2014 в военные действия, для меня вначале ассоциировались с событиями Февраля и Октября 1917 года, а затем все больше и больше стали вызывать желание сравнить их с революционным прошлым французского народа, приходящимся на 1789-1794 годы. А там, где заканчивается великая французская революция, начинается Наполеон; особенно, если в твоем собственном государстве уже много лет нет достойного лидера.

"Поскольку каждый имеет определенное суждение о Наполеоне, это жизнеописание никого не сможет удовлетворить полностью. Одинаково трудно удовлетворить читателей, когда пишешь о предметах либо малоинтересных, либо представляющих слишком большой интерес. Каждый последующий год обогатит нас новыми сведениями. Знаменитые люди умрут; будут издаваться их мемуары. Эта книга есть изложение того, что нам известно на 1 февраля 1818 года. Через пятьдесят лет придется наново писать историю Наполеона каждый год, по мере выхода в свет мемуаров Фуше, Люсьена, Реаля, Реньо, Коленкура, Сьейеса, Лебрена, и пр., и пр." - так писал Стендаль в своей книге "Жизнь Наполеона". Он оказался прав. Библиография Наполеона огромна. Вместе с тем, чем дальше от истоков, тем сильнее работа времени, действие которого часто выступает подобно действию слов, произносимых в испорченный телефон. А на другом конце телефонного провода располагается слушатель, воспринимающий услышанное сквозь призму собственных представлений о предмете разговора. Так рождаются слухи и легенды. Поэтому тем важнее обращение к первоначальным, самым ранним историческим документам, которые, в свою очередь, также могут быть подвергнуты искажениям, только с другой целью - мемуарист обычно желает предстать перед потомками в наилучшем свете собственной персоной и очернить оппонента, особенно если тот не может ответить тем же. Иногда может подводить память - и тогда человек желаемое выдает за действительное. Так появились исторические подлоги, литературные мистификации, неизвестно кем написанные "мемуары" - министра Фуше, палача Сансона, императрицы Жозефины и т.д. Наполеон тоже преуспел - диктуя оценку событий своим секретарям на острове святой Елены, он не всегда представлял историю такой, какой она была на самом деле, но той, память о которой хотел бы передать будущим поколениям.

Еще при своей жизни Наполеон для кого-то стал кумиром, а для кого-то диктатором; кто-то считал его спасителем, а кто-то - узурпатором; одни его ненавидели, другие им восхищались. Стендаль, Бальзак, Гюго, Дюма, Гете, Гейне, Толстой, Моруа, Мережковский, Алданов, Цвейг - все эти великие писатели наряду с интернациональной армией историков - Слооном, Тэном, Вандалем, Тарле, Манфредом, Тюларом, Ленцем стремились заглянуть в душу Наполеона и окружавших его людей. Его жизнь подобна проективному тесту - а кого увидите в Наполеоне Вы? Раньше этот вопрос меня совершенно не занимал. "Войну и мир" еще в школе я "прочитала" по кинофильму С.Бондарчука, работами историков на эту тему никогда не интересовалась, о Жозефине не имела никакого понятия, выражение "18 брюмера Наполеона Бонапарта" знала только как заголовок статьи Карла Маркса, а уж о людях с именами "Наполеон II" и "Наполеон III" и вовсе имела минимальное представление. И вот историко-психологический интерес, наконец, привел меня вплотную к этой исполинской фигуре. Встретившись с большим количеством самых разных общепопулярных, телевизионных и кинематографических интерпретаций отношений императора и императрицы, просмотрев около двух десятков художественных и документальных кинофильмов с разными версиями того, "кто кому что сказал" и "кто кому с кем изменял", устав от сплетен, исторических спекуляций, анекдотов и мифов, я "нырнула" в море литературы, чтобы найти там максимально достоверные ответы на ряд заинтересовавших меня вопросов, первые два из которых формулировались следующим образом: "Что сказал Наполеон перед смертью?" и "Что сказала Жозефина перед смертью?"

И вот что получилось.

Страница 2

Последнее письмо Жозефины Наполеону

Из книги "Confidential correspondence of the emperor Napoleon and the empress Josephine…" by John S. C. Abbott. New York: Published by mason brothers, 108 and 110 Duane street, 1856 [перевод всех цитируемых отрывков мой - Т.Л.]:

"Жозефина - Наполеону, Эльба.

Мальмезон, май, 1814.

Сир, сейчас только я могу считать, что вся совокупность несчастий, сопровождавших мой союз с вами, исчезла по праву. Сейчас я действительно горько переживаю - но не более, чем ваш друг, который может оплакивать столь неожидаемое несчастье. Это не потеря вами трона, о которой я сожалею. Я знаю, по собственному опыту, как это тяжело вынести. Но мое сердце утопает от горя, которое вы должны испытывать от отделения старых друзей вашей славы. Вы должны быть огорчены не только за ваших офицеров, но и солдат, чьи лица, имена и дела в армии вы могли бы перечислить и всех тех, кого вы не могли бы вознаградить, потому что их слишком много. Разлука с героями, подобными им, лишенным своего командира, который так часто разделял с ними их испытания, должна ударять по вашей душе невыразимым горем. И эту грусть я особенно разделяю.

Вы также сожалеете о неблагодарности и уходе друзей, которым, казалось бы, доверяли. Ах, сир, почему я не могу прилететь к вам! Почему я не могу заверить вас в том, что изгнание не является сохранением террора для вульгарных умов, и что с уменьшением искренней верности, несчастью придается новая сила! Я была в конечной точке Франции, чтобы следовать по твоим стопам и посвятить тебе остаток жизни, которую ты так долго украшал. Единственный мотив, который сдерживал меня - тот, что ты мог это предвидеть. Если я научилась этому, вопреки всем обстоятельствам, то я - единственный человек, который переполнен своим долгом, и ничто не удержит меня, и я последую только в то место, где может быть счастье для меня, и я смогу утешить тебя, когда ты будешь изолирован и несчастен. Скажи только слово и я отправлюсь. Прощайте, сир, однако, я добавлю еще кое-что. Это больше не слова, которые доказывают мои чувства к вам, но для действия ваше согласие необходимо.

Жозефина.

ПС. Мальмезон пользуется уважением. Я окружена там иностранными господами, но скорее всего, не останусь."

Далее Джон Абботт в своей книге пишет: "Однако спустя несколько дней после этого письма Жозефина заболела и 29 мая 1814 года умерла на руках своих любящих детей - Евгения и Гортензии. Она обратилась со своей последней просьбой, вглядываясь нежно в миниатюру Наполеона, которую держала в своих руках: "О, Всевышний! Присматривай за Наполеоном, пока он остается одиноким в мире. Хотя он совершил большие ошибки, но разве не искупил их большими страданиями? О, Великий Всевышний, просто посмотри в его сердце и ты увидишь как горячо его желание пользы и долгосрочных улучшений, которыми он жил. Удовлетвори эту последнюю просьбу и пусть это изображение моего мужа будет свидетельством того, что моя самая последняя просьба была о нем и о моих детях".

В момент смерти она все еще держала в своей руке миниатюру своего мужа и при слабых вскриках: "Остров Эльба! Наполеон!", ее мягкий дух ушел прочь отдохнуть в смерти".

Однако не все так просто!

Страница 3

Мне не встречались в исследованиях других авторов ссылки на то, что Жозефина перед смертью держала в руках миниатюру Наполеона, поэтому данный факт следует отнести не столько к числу достоверных, сколько вполне вероятных.

Вальтер Гир в книге "Наполеон и Жозефина: поднятие империи" ("Napoleon and Josephine: the rise of the empire", New York, Brentano's, 1924) пишет о том, что, согласно легенде, последними делириумными словами Жозефины были "Наполеон… Эльба!"

Ида Тарбель в книге "Жизнь Наполеона Бонапарта" ("A life of Napoleon Bonaparte", New York, 1894) рассказывает о том, что в течение последних четырех дней Жозефина лежала и «без отдыха час от часу, теребила свою подушку, бормоча в интервалах "Бонапарт" - "Эльба" - "Мария Луиза"».

Филипп Сержент, один из крупнейших исследователей биографии Наполеона и его семьи, в своей книге "Императрица Жозефина: чаровница Наполеона" (Philip W.Sergeant "Empress Josephine: Napoleon's enchantress", London: Hutchinson & Co) также пишет следующее: "В соответствии с легендой, ее последними делириумными словами были "Наполеон… Эльба!". В конце своей коллекции писем Наполеона и Жозефины, королева Гортензия говорит просто, что Жозефина "умерла на руках своих детей 29 мая 1814 года". Мадемуазель Кошеле (Mlle. Cochelet) добавляет, что в конце Жозефина протянула свои руки к детям и пыталась говорить, но слова были не слышны. Гортензия почувствовала слабость, опустилась на пол и ее, бесчувственную, унесли, Евгений преклонил колени у кровати и мать умерла на его руках через несколько мгновений". В примечании к тексту добавляется, что Жозефина могла произнести слова "Наполеон… Эльба… Мария-Луиза!". Это записано Эдвардом Стэнли, епископом Норвичским, который посетил Мальмезон вскоре после смерти Жозефины и сказал, что, по словам одной французской леди, сообщившей ему много интересных подробностей, Жозефина "сохраняла чувства до конца, говорила о смерти и казалась совершенно покорившейся [судьбе]".

Еще один вариант предсмертных слов императрицы Франции приведен в статье В.Т.Козлова "Неизвестные письма Наполеона из фамильного архива": «Если отбросить прагматическую точку зрения полезности, то она не любила его никогда или не могла полюбить: это был не ее мужчина. Может быть, какие-то благодарственные или жалостливые ассоциации возникали в ее сознании к поверженному и изгнанному Наполеону накануне собственной ее смерти 29 мая 1814 г. Последние слова Жозефины были: "Бонапарт... Остров Эльба... Король Римский..."»

Немецкий исследователь Л.Мюльбах в книге "Императрица Жозефина" ("The empress Josephine" by L.Muhlbach, New York, D.Appleton and company, 1899) рассказывает о том, что "в своих галлюцинациях она часто громко звала Наполеона и последним словом, слетевшим с ее уст, было его имя".

Таким образом, не вызывает сомнений тот факт, что Жозефина перед смертью вспоминала о Наполеоне. И далее почти с равной вероятностью она могла бы говорить и об острове Эльба, и о Марии Луизе, и о короле Римском - сыне Наполеона и Марии Луизы, потому что каждое из этих имен собственных было для нее актуальным в последние годы и месяцы жизни.

Здесь интересно было бы привести отрывок из пьесы Эдмона Ростана "Орленок", посвященной жизни родного сына Наполеона и написанной Ростаном после изучения большого количества исторических документов. Мальчик благодаря отцу (Мария Луиза была категорически против личного знакомства с Жозефиной, как собственного, так и сына) тайно встречался с Жозефиной (один раз наверняка, и несколько раз достаточно вероятно - все зависит от позиции автора читаемой вами книги) и вспоминает об этом следующим образом:

                "О, руки той, которая когда-то­

                Рыдала, что не ей был сыном я, - ­

                Я чувствую душою вашу ласку…­

                От всей моей души осиротелой ­

                Целую вас, о руки Жозефины!"

Вернемся же к тому, что не все так просто в содержании делириума императрицы. Наверняка в желании Жозефины следовать за Наполеоном на Эльбу был и скрытый материальный расчет - Наполеон всегда оплачивал ее долги. Несмотря на его просьбы к Жозефине в последние годы сократить расходы, в том числе и для того, чтобы, сэкономив, покрыть будущие свадебные издержки внучек, Жозефина себя не ограничивала.

В мемуарах Евгения де Богарне, сына Жозефины от первого брака, вышедших под редакцией В.Монтегю ("Napoleon and his adopted son: Eugene de Beauharnais and his relations with the Emperor" by V.M.Montagu, New York, McBride, Nast & Company, 1914), читаем: "Неприятный сюрприз ожидал Евгения. Его мать своей экстравагантностью вызывала раздражение своей семьи на протяжении всей жизни, и была обречена продолжить это и после своей смерти. К ужасу Евгения обнаружилось, что его мать задолжала более двух миллионов франков. Он решил, что не вернется в Мюнхен [к своей семье], пока каждый счет не будет оплачен."

Можно только представить себе чувства Евгения, связанные с этим фактом еще и потому, что Наполеон, предупреждая Жозефину о внучках, имел в виду двух маленьких дочерей Евгения, а также потому, что знал о скупости своего приемного сына - именно по этой причине, по словам Наполеона, Евгения недолюбливал народ, когда тот носил титул вице-короля Италии.

Страница 4

Последние слова Наполеона

Для создания полноценной легенды о любви необходимо, чтобы Наполеон, умиравший ровно через семь лет (без двух недель) после Жозефины, произнес ее имя. Интересно, что они умерли приблизительно в одном и том же возрасте: Жозефина не дожила до своего 51 года около трех недель, а Наполеон не дожил до 52 лет чуть менее трех месяцев, т.е., ей был почти 51 год, а ему еще не было 52-х лет.

Тот же автор, что и в предыдущем случае, рассказавший "о медальоне в руках Жозефины", а именно, Джон Абботт, в своей книге "Наполеон на святой Елене" ("Napoleon at St.Helena" by John S.C.Abbott, New York: Harper & Brothers, Publishers, 1855), основанной на воспоминаниях сподвижников Наполеона на острове, пишет следующее:

«26 апреля [1821 г.].

Император был довольно спокоен в течение всей ночи, пока около 4-х утра не сказал графу Монтолону с экстраординарной эмоцией: "я только что видел мою добрую Жозефину, но она не могла обнять меня. Она исчезла в тот момент, когда я был рядом, чтобы взять ее в свои руки. Она сидела там. Казалось, что я видел ее вчера вечером. Она не изменилась, вся такая же, полностью преданная мне. Она сказала мне, что мы скоро увидимся и никогда более не разъединимся. Она заверила меня в этом - вы видели ее?"

"Я насторожился, - сказал граф Монтолон, - чтобы не сказать ничего, что увеличило бы его лихорадочное возбуждение, очевидное для меня. Я дал ему лекарство, поправил простыни и он уснул, однако утром, по пробуждении, снова спросил меня об императрице Жозефине, и я только напрасно рассердил его, сказав, что это был только сон".

"5 мая [1821 г.].

"Ночь была очень плохой, - сказал граф Монтолон. Около 2-х часов делириум стал очевидным и сопровождался нервными судорогами. Дважды я подумал, что выделяются неразборчивые слова, Франция - армия, голова армии - Жозефина; в этот момент император упал с кровати в конвульсивном движении, против которого я был бессилен…»

 

Приведу отрывок из "Истории Наполеона" Горация Верне[та]. Санкт-Петербург, 1842 г.

(На самом деле это книга Поля-Мари-Лорана де л'Ардеш (Paul-Marie-Laurent de l'Ardèche) «История императора Наполеона» (Histoire De L'Empereur Napoleon), вышедшая впервые в 1839 г., в Париже, в типографии Жан-Жака Дюбоше (Jean-Jacques Dubochet). В ней было 830 страниц и 500 рисунков Антуана-Шарля-Ораса Верне (Antoine-Charles-Horace Vernet). В России она была издана под именем автора иллюстраций).

"Во весь следующий день (4 мая), агония продолжалась.  На рассвете, пятого числа, самое тело показывало, что жизнь оставляет великого человека; оно было холодно, как лед. Однако ж, Наполеон еще дышал; но он в бреду произнес только два слова: "Голова…. Войско!"

 

Теперь почитаем книгу авторов Тушар-Лафос Ж., Коло Г. П. "Полная история семейной и военной жизни Наполеона Бонапарта"/ Пер. с фр., предисл. И. Г. Гурьянова: в 4 ч. — Репринтное издание 1832 г. — СПб.: Альфарет, 2012.

(В четырехтомном сочинении, выпущенном в 1832 г. в Москве, описывается жизнь Наполеона с момента рождения до самой смерти. Авторы — офицер Главного штаба французской армии Жорж Тушар-Лафос (1780–1847) и его соотечественник, заслуженный чиновник редакции новых биографий современников Г. П. Коло. Перевод на русский язык с примечаниями и предисловием выполнил литератор И. Г. Гурьянов. По мнению переводчика, Г. П. Коло описывал только победы французской армии, поэтому, сочинение было дополнено описанием битв менее пристрастного во взглядах Ж. Тушар-Лафоса. Все материалы заимствованы из достоверных источников, уже вышедших и пользовавшихся успехом сочинений историков, мемуаров современников).

«1-го мая случился следующий замечательный разговор между ним и верными его служителями: "Что говорят на острове?" - Государь, надеются, что вы выздоровеете. - "И вы этому верите?" - Да. Государь, мы все надеемся. - "Вы глупы, дети: через четыре дня меня не будет на свете".

В ту же минуту сильная слабость заставила склониться его на постель… Он не вставал уже более… Император потребовал, чтобы против постели его, пред глазами его поставили бюст любимого им сына; до последней минуты жизни взор его был устремлен на сей бесценный сердцу его предмет". 2 числа мая болезнь чрезвычайно усилилась; 3 числа еще более; 4 числа блеснул, казалось, луч надежды; 5 она совершенно исчезла; на лице умирающего неприметно было ни малейшего страдания; ни малейшая жалоба, ни малейший стон не возмутил окружающей тишины… Взор его был чист… Последние слова, произнесенные им, были te'tearme'e… Несколько ранее шести часов по полудни, Наполеон с приметным усилием сложил крестообразно руки свои на груди, бросил последний взор на бюст сына. Великая душа его оставила землю в то самое время, когда солнце бросало последний луч свой на вершины скал острова…

Семейство Бертрана и Монтолона приняли последний вздох Государя и друга своего, с которым могла разлучить их одна только неумолимая смерть».

[Семейство Монтолона к тому времени состояло из одного Монтолона, потому что его жена с двумя дочерьми уже покинула остров святой Елены- Т.Л.]

 

Из мемуаров врача Франческо Атоммарки, наблюдавшего Наполеона на острове святой Елены ("The last days of Napoleon. Memoirs of the last two years of Napoleon exile" by F. Antommarchi. London: Henry Colburn, New Burlington street, 1826):

«5-е [мая 1821 г.]. Пациент провел ночь в максимальном волнении. - Общая тревожность - затрудненное дыхание, иногда сопровождаемое храпом, частой икотой… Часы пробили половину шестого, и Наполеон все еще бредил, говоря с трудом и произносил слова отрывисто и неразборчиво; среди других мы услышали слова "Голова… "армия" и это было последнее, что он произнес».

Страница 5

Почитаем писателей.

Марк Алданов, "Святая Елена, маленький остров":

"Однажды вечером Бертран, желая развлечь императора, предложил ему выйти в сад: англичане говорят, будто на небе появилась комета. Теперь при ясной погоде ее можно хорошо рассмотреть.

— Как комета? — вскрикнул Наполеон. Он быстро вышел в сад.

— Перед смертью Юлия Цезаря тоже была комета,— тихо сказал он по возвращении гофмаршалу, снова опускаясь на диван"…[комета появилась над островом в первых числа февраля 1821 года. За 7 дней до рождения Наполеона над Парижем также наблюдали комету - прим.Т.Л.].

"Нелегко расставалось с духом хрипящее тело Наполеона. Отзвуками канонады представлялись застывающему мозгу громовые удары, а уста неясно шептали последние слова:

«Армия… Авангард…»

 

Д.Мережковский, "Наполеон":

"Два последних дня очень страдал, тосковал, метался, горел в жару; утоляя жажду родниковой водой из долины Герания, каждый раз повторял, точно благодарил кого-то:

—Хорошо, очень хорошо!

Бредил сраженьями:

—Штейнтель, Дезэ, Массена!.. А, победа решается… Скорее, скорее в атаку! Мы победим!

В ночь с 4-го на 5-е с минуты на минуту ждали конца. На дворе выла буря. Монтолон был один с императором. Тот что-то говорил в бреду, но так невнятно, что нельзя было расслышать. Вдруг вскрикнул:

— Франция… армия!

И, вскочив, бросился вон из постели. Монтолон хотел его удержать, но тот начал с ним бороться, и оба упали на пол. Умирающий сжал ему горло так, что он едва не задохся и не мог позвать на помощь. Наконец, из соседней комнаты услышали шум, прибежали, подняли, разняли их и уложили Наполеона в постель. Он больше не двигался. Это была последняя вспышка той силы, которая перевернула мир".

 

А вот что пишут историки:

В.Слоон, "Новое жизнеописание Наполеона I. Исторический труд профессора Виллiама Слоона. Эпоха величия и падения Наполеона I." Перевод с английского. С.-Петербург, Типография бр. Пантелеевых. Верейская, 16. 1896.

"Несмотря на чрезвычайную телесную слабость, Наполеон встретил смерть с величайшей бодростью. 3-го мая явились на консультацию с Антоммарки двое недавно прибывших из Англии врачей. Найдя состояние больного безнадежным, они могли рекомендовать только паллиативные средства, благодаря которым Наполеон находился как бы в полузабытье. Два дня спустя разразилась над островом сильная буря с проливным дождем. Развесистая ива, под которой Наполеон провел многие часы, была вырвана с корнем. Ту же участь испытали многие деревья, посаженные собственными его руками. Ураган опустошил весь сад, где он работал для моциона. Смерть злополучного страдальца совпала с этим ураганом и являлась почти такою же бурной. Он лежал в бреду и что-то такое говорил. Последние слова, которые удалось разобрать, были: "Te^te… arme'e" (голова армии). В то время как раз всходило солнце. Г-жа Бертран и ее дети присутствовали при кончине Наполеона. При виде страшных мучений умиравшего их друга мальчик упал в обморок, а девочка разразилась страшными рыданиями. В одиннадцать часов утра началась у Наполеона предсмертная агония, а незадолго до шести часов вечера сердце его сжалось в последнем судорожном усилии и перестало биться. Приближенные императора, ожидавшие его кончины, грустно склонили головы".

 

Е.В.Тарле, "Наполеон":

"Губернатор острова Гудсон Лоу и офицеры английского гарнизона, узнав о начале агонии, прибыли спешно и находились в других комнатах дома. Последние слова, которые удалось расслышать стоявшим близко от постели, были: “Франция... армия... авангард...”

Перед вечером, в шесть часов, 5 мая 1821 г. Наполеон скончался".

 

Ж.Тюлар, "Наполеон":

"5 мая, - пишет Бертран в дневнике, - в 5 часов 49 минут император скончался. За три минуты до смерти он сделал три вздоха. Во время агонии - едва заметное движение зрачков, судороги, пробегающие от рта и подбородка ко лбу с регулярностью часового механизма. Ночью император произнес имя сына перед словами "во главе армии". До этого он дважды спросил: "Как зовут моего сына?" Маршан ответил: "Наполеон".

Страница 6

Думаю, что приведенных отрывков вполне достаточно для того, чтобы сделать вывод о том, что Наполеон, видимо, все - таки не обращался в последние минуты жизни к Жозефине. Он достаточно часто вспоминал о ней в течение всех лет пребывания на острове (об этом пишут все его секретари), анализируя и переоценивая их союз. Король Римский - сын императора, которому к тому времени исполнилось 10 лет, также постоянно занимал его мысли. Мраморный бюст мальчика, который с одним из пришедших судов был передан его отцу, едва избежал судьбы быть разбитым или брошенным в море - именно так распорядился поступить Гудсон Лоу - губернатор острова опасался, что внутри бюста находятся секретные документы для передачи Наполеону и хотел проверить свои подозрения, разбив бюст на кусочки - об этом в своих мемуарных записках очень интересно рассказал генерал Гурго ("Talks of Napoleon at St. Helena with General Baron Gourgaud". Chicago, A.C. McClurg & Co, 1903) и еще интереснее граф Монтолон ("History of the captivity of Napoleon at St. Helena" by General Count Montholon. London, Henry Colburn, Publisher, 1846).

Итак, самыми последними словами императора, сказанными им при жизни, что подтверждается всеми исследователями, были слова, относящиеся к армии и ее голове - но действительно ли к авангарду? С одной стороны - да, но, с другой стороны, для понятия "авангард армии" существует другой перевод - "avant-garde". Может быть, говоря о "голове армии", или "во главе армии", Наполеон имел в виду на самом деле главнокомандующего, и, следовательно, себя? С учетом его стремления к абсолютизму это вполне вероятно. Людовик XIV однажды сказал: "Государство - это я!" В фильме "Ватерлоо" Наполеон произносит фразу : "Франция - это я! Я - это Франция!". Может быть, и слова "голова армии" - надо рассматривать по аналогии - "это Я?"

Вот на этом предположении и остановимся. smiley

***

Марк Алданов в книге "Святая Елена, маленький остров", пишет: "Наполеон заметил [в разговоре] , что любовь — глупость, которую делают вдвоем; единственная победа в любви — бегство. Сам он никогда никого не любил,— разве Жозефину, да и ту не очень". Я разделяю эту точку зрения - Алданов знал, о чем писал - много лет он провел в парижских архивах, изучая исторические документы наполеоновской эпохи. Вспомним заодно песню Аллы Пугачевой: "все могут короли, все могут короли, и судьбы всей земли вершат они порой, но, что ни говори, жениться по любви не может ни один, ни один король"…

После знакомства с опубликованной перепиской Наполеона и Жозефины и примерно двумя десятками самых разных исторических исследований на данную тему, я пришла к выводу о том, что в отношениях Наполеона и Жозефины с каждой из сторон было гораздо больше практического расчета, чем "несгораемой любви". Наполеон был прекрасным психологом: "два рычага двигают людьми - страх и выгоды", - говорил он. Жозефина много раз переживала первое и старалась не упустить второе. Я искренне сопереживаю им обоим, потому что вся глубина личных страданий каждого из них, вынужденного подчиниться предлагавшимся историческим обстоятельствам, прочитывается не в строках писем, а между ними. "Я всегда любил анализ и если бы я серьезно влюбился, я разложил бы мою любовь на составные части. Почему и каким образом - вопросы до такой степени необходимые, что без них трудно обойтись" - эти слова принадлежат Наполеону. Думаю, что он знал как свои ответы, так и ответы Жозефины на оба вопроса применительно к их личному союзу. Они взаимовыгодно сотрудничали друг с другом и с этой точки зрения, наверное, их отношения можно было бы сравнить с отношениями между людьми в прекрасно сыгранном дуэте.

Май-июнь 2014г.

"ЛЮБОВЬ И ГОЛУБИ". ИЛЛЮСТРАЦИЯ К СТАТЬЕ "Дуэт длиною в четверть века"

Другие статьи этого же цикла

Все дело в шляпе

Мифический Наполеон

Почему Наполеон?

История побега графа Лавалетта

Слайд-шоу "НАПОЛЕОН И СТАРАЯ ГВАРДИЯ"