Get Adobe Flash player

МОЯ ПЕРВАЯ СКАЗКА

V.СУПЕР-ЭГО /Иллюстрация к статье "Моя первая сказка"

Страница 1

"СКАЗКА - ЛОЖЬ, ДА В НЕЙ НАМЕК…"

I.

И в психоанализе, и в аналитической психологии, и в индивидуальной психологии А.Адлера большое внимание уделяется анализу первой сказки пациента (той, которую он впервые услышал или прочитал в детстве) или самой любимой сказки, как одному из главных векторов жизненного сценария. Я убедилась в справедливости этого положения на личном опыте.

Мой старший брат с детства и на протяжении всей своей жизни восхищался маленькой былью Л.Н.Толстого "Филипок", часто цитируя произношение Филипком своего имени: "…хве-и-хви, —ле-и-ли, —пеок-пок. Филипок… я страсть какой ловкий". Ему, как и герою Льва Толстого, тоже очень нравилась начальная школа, нравилось учиться, нравилось прихвастнуть. Распевая эту присказку, он вызывал в себе хорошее настроение (в терминах НЛП можно сказать, что эта фраза была его якорем). Мой средний брат любил сказку о том, как лиса между медвежатами сыр делила. Мама рассказывала, что он просто требовал, чтобы ему читали эту сказку. В раннем юношеском возрасте ему очень нравилась сцена из вышедшего в то время в прокат кинофильма "свадьба в Малиновке", в которой Попандопуло делил вещи: "это мне, это тебе, а это опять мне". Как оказалось впоследствии, это наложило свой отпечаток на его привычки - он очень любил делить и распределять подарки между домашними.

Не знаю, какой была любимая сказка моей мамы (возможно, "Дюймовочка" или "Гадкий утенок" Г.Х.Андерсена), но среди ее самых любимых литературных произведений на первом месте находилась повесть Л.Толстого "Кавказский пленник". История Жилина и Костылина и беззаветная помощь Дины производили на нее очень сильное впечатление. Возможно, сравнивая себя с героями этого произведения, она находила силы для преодоления жизненных трудностей. Мой папа, в отличие от мамы, никогда не вспоминал, как он был маленьким, и читал в основном классику, военные мемуары, биографии полководцев и исторические повести, а вот любимыми фильмами у него были "Чапаев", "Суворов", "Кутузов", "Александр Невский" и киноэпопея "Освобождение".

Читать меня научил средний брат, когда мне исполнилось пять лет. До сих пор помню свою первую азбуку - это были большие картонные кубики с длиной ребра около восьми сантиметров, которыми было очень интересно играть, складывая их не только в разные слова, но и в разные конструкции (наверное, именно поэтому я так люблю Тетрис во всех его видах). Первая книга, данная мне старшим братом для прочтения (книги, которые попадались мне в руки ранее, служили для разукрашивания их страниц цветными карандашами и заливания картинок чернилами - так я "прочитала" великолепное издание Рабле - "Гаргантюа и Пантагрюэль"), была десятым томом собрания сочинений Льва Толстого в двадцати двух томах. Начинался этот том сказкой "Три медведя".

Вот таким образом и вошли в сценарий моей жизни медведи, Филипок, Дина, лиса с процессом дележа чужого сыра, полководцы и стремление учиться, которое то возгоралось, то угасало - в зависимости от фигуры (во всех смыслах этого слова) учителя. С тех пор я очень трепетно отношусь к обладательницам имени Дина, а одну нашу хорошую знакомую, которую я в детстве очень уважала, даже звали Диной Михайловной (в данном случае очень символично соединение имени и отчества). С того же времени меня стало сильно напрягать и событие под названием "гости": появился очень глубокий неосознаваемый страх (сохранившийся и по сей день) как от посещения мною чужого дома (пусть даже это дом хороших знакомых), так и от прихода в наш дом посторонних людей (пусть это даже замечательные люди). Народная мудрость в виде "незваный гость хуже татарина" и "в гостях хорошо, а дома лучше" только подтверждала бессознательные опасения.

Страница 2

II.

Прочитав в пятилетнем возрасте "трех медведей", я больше не возвращалась к этому произведению, ни с кем его не обсуждала, а просто продолжила читать другие, не менее поучительные истории из все того же десятого тома. Да и вообще я очень редко читала что-либо повторно (только в случае какой-либо необходимости) и всегда удивлялась, когда слышала о том, что некоторые люди в разном возрасте, читая одно и то же произведение, находят в нем что-то новое - ну, как можно найти что-то новое в том, что уже давно известно? - это было выше моего понимания достаточно долгое время, может быть, потому, что мой гештальт завершался практически сразу же по прочтении - я делала определенные выводы из прочитанного, формировала оценку произведения (как известно со времен Б.В.Зейгарник, "завершенное действие освобождает память") и переходила к следующему - ведь в каждой библиотеке (и в школьной, и в районной) было так много полок с интереснейшими, еще непрочитанными книгами!

Почему-то я всегда была уверена в том, что героиню сказки Л.Толстого звали "Машей". Теперь я знаю, на чем базировалась моя уверенность, и напишу об этом ниже. На самом деле в сказке фигурирует девочка без имени и медведи с человеческими именами. Возникает вопрос - кто же из них действительно относится к категории гомо сапиенс?

Рассмотрим эту сказку с нескольких точек зрения, с позиций звучащих в ней голосов.
1. Внутренний голос читателя (слушателя).

Маленькая девочка, впервые знакомясь со сказкой, обычно отождествляет себя с героиней, искренне сопереживает ей и облегченно вздыхает в счастливом для нее конце истории, делая вывод о том, что посещение чужого дома может быть опасным приключением как со знаком плюс, так и со знаком минус. В ее бессознательном формируется соответствующая ассоциативная цепочка и в дальнейшем она будет с удовольствием или (и) со страхом воспринимать и опасность, и приключения, и моделировать поведение на чужой территории, и соответствующим образом управлять своим любопытством (инстинктом познания). Эмоционально чуткая или жадная девочка, кроме того, может отождествить себя еще и с Мишуткой и прожить весь набор его чувств, связанных с имущественными потерями и естественным чувством возмущения от стороннего разрушительного вторжения. В бессознательном такого ребенка формируется страх и гнев (сильное неудовольствие) от чужого посягательства на личную собственность, желание защитить и отстоять свои права на владение имуществом.

Маленький мальчик, знакомясь со сказкой, обычно отождествляет себя с Мишуткой. В его бессознательном может сформироваться агрессивно-негативное отношение к обидевшей его девочке, будь то героиня сказки или реальная девочка в жизни, на которую он может перенести полученные бессознательные впечатления. Очень редко самостоятельно (но, возможно, с подсказки взрослого) мальчик может поставить себя на место героини и прочувствовать мотивы ее поведения.

Взрослый человек, читая вслух данную сказку ребенку, может отождествиться с любым ее персонажем и объяснить своему маленькому слушателю особенности поведения каждого из героев. Если он поступит именно так, то преобразует два внутренних голоса (свой и слушателя) во внешний будущий детский опыт; и тогда состоится то мудрое прочтение сказки, которое поможет ребенку сформировать, как минимум, двусторонний взгляд на события этой истории.
2. Бессознательный голос автора.

Допустим, что безымянная девочка в сказке представляет авторское бессознательное; поименованные медведи - Михайло Иваныч и Настасья Петровна представляют супер-эго, а Мишутка - эго писателя. Бессознательному плохо - его тянет уйти из дома и забыть обратную дорогу - потеряться. Ему хочется найти другое жилище, другую семью, уют и комфорт. Но нет!!! Этот поступок чреват сознательными конфликтами - строгое супер-эго своей мощной медвежьей животной силой и укрепляющийся, растущий собственный социальный статус, собственное эго вытесняют бессознательные бунтарские желания, заставляя их не просто отступить, а убежать из поля сознания. Еще не время конфликтовать с обществом, еще не время уходить из семьи (сказка написана в 1872 году) - "Мишутка" пока не достаточно вырос (писатель еще не написал самых главных своих произведений, и его семейной жизни всего-то десять лет). А может быть, просто пока еще в сознании царит и доминирует медвежья лень для того, чтобы обозначать и выявлять уже наметившийся, но еще скрытый конфликт и хочется просто пожить на уровне тела, аналогично Мишутке - в любви и пусть скромном, но достатке - когда в чашках на столе простая похлебка, но ее много, да и когда мебель простая, без затей, которая, если и сломается, то не жалко. Прочь, бессознательное, не нарушай покоя автора!

Страница 3

3. Голос семьи.

Семья медведей, носящих человеческие имена (наверное, это вполне совместимо, потому что не вызывает внутреннего чувства протеста), ушла гулять по лесу, при этом оставив дверь своего домика открытой и на столе приготовленную похлебку. Это говорило о том, что они не исключали появления вероятного гостя, которому предлагали войти; сообщали, что их трое, что они любят порядок, что скоро придут, будут голодны; и что гость в принципе тоже может немного перекусить. Вероятному гостю, таким образом, предлагался выбор - уйти сразу, быстро поесть и убежать или в случае необходимости остаться и скромно подождать хозяев. В роли вероятного гостя оказалась девочка, которая расценила эти сообщения как знаки гостеприимства. Она решила поесть, исследовать степень порядка, остаться и подождать хозяев.

III.

Как известно, психоанализ давно доказал правомочность анализа литературного произведения с позиций анализа сновидения. Воспользуемся же этой возможностью и рассмотрим сказку о трех медведях, как сновидение - мы помним, что, по Фрейду, цензура ночью слабеет и позволяет сновидцу реализовать бессознательное желание, осуществление которого в реальной жизни несовместимо с общепринятыми нормами и правилами.

Итак, сновидец первый - девочка. Ей снится, что она "ушла из дома в лес. В лесу она заблудилась и стала искать дорогу домой, да не нашла, а пришла в лесу к домику". Лес - один из известных символов бессознательной части психики; дом в данном случае проинтерпретируем его как символ родительского очага. Скорее всего, что девочке дома плохо, на нее или не обращают внимания, или предъявляют завышенные требования. Особенно напряженные отношения у нее с матерью, и девочка полна желаний хотя бы на некоторое время уйти из дома; она хочет оборвать свою связь с ним, заблудиться, забыв к нему дорогу. Она мечтает о другом доме, гостеприимном, о второй заменяющей паре родителей (по Фрейду), о месте, в котором ей были бы рады и куда бы она могла приходить без страха. И, как ей кажется, в лесу (т.е., в собственных фантазиях) она находит именно такой домик. В нем живет семья медведей (т.е., царят естественные, природные, простые отношения) и в нем пока можно без страха "познать себя", поискать собственную идентичность (по Эриксону), потому что в домике никого нет (видимо, в доме ее реальной жизни всегда кто-то присутствует и девочка одна не остается, а очень бы хотелось!). Конфликт с родителями выражается в том, что она отвергает предметы, принадлежащие взрослым - не только посуду и мебель, но и еду (что означает реальную работу защиты - реактивного образования - девочка всей душой стремится к нормальным семейным отношениям). Героиня сказки не мечтает о кулинарных изысках, ее чувство голода может удовлетворить даже похлебка, но такая, которая приготовлена и подана ей с искренней родительской любовью. И вот, наконец, наступает апофеоз - девочка идентифицирует себя с Мишуткой - с возможным младшим братиком (на двоих детей в семье могут указывать две комнаты домика, т.е., мама родила дважды), и у которого сейчас, в отличие от нее, есть все - и синенькая маленькая чашечка со вкусной похлебкой, и маленькая ложечка, и замечательный стульчик с синей подушечкой, и удобная кроватка… И девочка начинает этому братику мстить за то, что он мальчик (это подчеркивает дважды упомянутый синий "мальчуковый" цвет и поломка стульчика), за то, что он любим родителями больше, чем она; за то, что он невольно отнял у нее принадлежавший ей ранее по праву единственного ребенка в семье весь объем родительской любви, заботы и внимания (тем более, что, возможно, они изначально не были очень большими); за то, что о ней практически забыли - убранство дома рассчитано на троих. Она хочет вернуть свой Эдем и исполняет свое самое главное бессознательное желание - символически уничтожает Мишутку, интроецируя все, что ему принадлежит: съедает его пищу, ломает его стульчик и засыпает в его кроватке, становясь, таким образом, "Машуткой" (именно поэтому я всегда была уверена, что сказка называлась "Маша и три медведя"). Наказание следует неотвратимо - медведи возвращаются домой и приходят в гнев от произведенного беспорядка (девочке хотелось еще и этого - добиться к себе родительского внимания хотя бы ценой своеобразного эпатажа; поведения, которого от нее никто не ожидал и которое ей в реальной жизни наверняка было не свойственно). Мишутка же, увидав девочку в своей собственной кроватке, "завизжал так, как будто его режут". Он опоздал - она его чуть раньше уже "зарезала" (поломав стульчик), и "съела" (съев похлебку и уснув в кроватке), продемонстрировав, таким образом, всей семье своими действиями, кто же из двоих детей, с ее точки зрения, на самом деле должен быть хозяином в доме, а кто из них должен довольствоваться ролью второго плана. "Девочка открыла глаза, увидела медведей и бросилась к окну. Оно было открыто, она выскочила в окно и убежала. И медведи не догнали ее". Другими словами, после пробуждения она осознала свои животные инстинкты; компенсируя чувство вины за символическое "убийство", "возлюбила брата своего, как себя", тем самым получила одобрение в семье, восстановила нормальные отношения с матерью, перестала искать идеальных родителей и больше конфликтов подобного рода в этой семье не происходило.

Страница 4

Сновидец второй - Мишутка. Очеловеченный медвежонок или оведмеженный ребенок? - кому как удобнее, в обоих случаях происходит еще только овладевание инстинктами. Его возраст находится в пределах того, в котором дети переживают противоречия эдипова комплекса, поэтому предположим, что ему снится сон именно на эту тему. Итак, в его дом заходит девочка, съедает похлебку, ломает стульчик, засыпает в его кроватке и затем убегает, испугавшись возмездия. Какие запретные желания осуществляются в Мишуткином сне? Конечно, он хотел бы, чтобы его мать принадлежала ему целиком и полностью. Но это невозможно в силу разных причин. Кроме того, между Мишуткой и матерью стоит отец - строгий и сильный медведь-мужчина (самец). Поэтому оведмеженный ребенок вынужден придумать для своей матери замещающий ее символ - девочку. Мишутке еще пока страшно в этом мире и он хотел бы вернуться обратно в лоно матери - туда, где ему было достаточно хорошо и беззаботно; он снова завладел бы ею и они принадлежали бы только друг другу. Поэтому он мечтает о символической интроекции и даже согласен на кастрацию, которые выражаются в съедении девочкой похлебки, поломке стульчика и засыпании в кроватке. Более того, он мечтает о том, что девочке (матери) это тоже было бы приятно, потому что все свои действия в его сне она совершает с удовольствием. Но уже во сне в итоге наступает осознание того, что эти желания запрещены в реальности, поэтому вернувшийся домой (после прогулки по лесу бессознательного) Мишутка реагирует на поведение девочки двояко: он визжит от страха, и при этом требует удержать ее, желая укусить - принять хотя бы маленький кусочек ее плоти в себя, если невозможно обратное - полное принятие себя ею…

Сновидец третий - Настасья Ивановна. Предположим, что этот персонаж принадлежит к тому типу женщин (?), которых Лев Толстой называл самками во всех смыслах этого слова. Тогда желания, выраженные во сне Настасьей Ивановной, можно было бы интерпретировать следующим образом. В домик через открытую дверь входит девочка - это означает, что Настасья Ивановна хотела бы иметь еще одного ребенка (возможно, что она уже в "интересном положении"). Но женщина-медведь не уверена в том, что муж разделяет ее желание, тем более, что у них уже есть Мишутка. Она не имеет права прекословить и перечить мужу, и должна найти компромисс между желаниями мужа, как главы семьи, собственными желаниями и интересами семьи. Поэтому девочка - гостья ее дома (или чрева) во сне ведет себя вызывающе, нарушая общепринятые нормы и правила. Таким образом, во имя сохранения существующей ситуации, восстановления сложившегося семейного порядка непрошенную гостью надо изгнать, что и происходит в финале истории. А это значит, что в реальности Настасья Ивановна вынуждена расстаться с мечтами о втором ребенке, а в случае наличия "интересного положения" оно закончится без интереса.

Сновидец четвертый - Михайло Иванович. Это уважаемый человек-медведь в обществе (в лесу), вынужденный проявлять строгость, поддерживать порядок, осуществлять правосудие, демонстрировать своим обликом и голосом силу, уверенность и власть. Аналогично он ведет себя и дома. Стул, сдвинутый с предназначенного для него места, способен вызвать бурю негодования. Но это все происходит на уровне сознательной медвежьей жизни. В бессознательном же, в потаенных глубинах своего леса Михайло Иванович - истинный владыка, анархист, не признающий авторитетов и подчиняющийся только закону силы. В его сне именно девочка (работа смещения в сновидении), которая зашла в дом и нарушила привычный семейный жизненный уклад, олицетворяет глубоко скрытое могучее желание бунтарства. Поскольку исполнение желания такого рода в реальности несовместимо с социальным статусом Михайлы Иваныча, оно благополучно исполняется во сне; причем, целиком и полностью, включая собственно деяние и наказание за него - нарушитель изгоняется за пределы дома (сознательной жизни). Это позволяет Михайлу Иванычу восстановить свое душевное равновесие и с чувством полного удовлетворения возобновить исполнение экзистенциального бремени.

Сновидцы пятый и шестой. Домик и лес соответственно.
Предоставлю читателю самостоятельно пофантазировать на эту тему - домик и лес в этой сказке входят в число действующих персонажей.

IV.

Проинтерпретированные варианты сновидений персонажей сказки о трех медведях не являются единственными, это можно сделать еще несколькими способами - все зависит от фигуры сновидца и фигуры аналитика (в переносном смысле слова фигура). Данный обзор - это, конечно, не "В чаще" А. Рюноскэ Улыбаюсь, но достаточно близко к ней ….

Главный вывод, который хотелось бы сделать из этого опуса, заключается в том, что всем членам семьи необходимо взаимодействовать, общаться друг с другом, обсуждать прочитанное и просмотренное (во сне и наяву), и тогда меньше будет оставаться недосказанного и недопонятого, а семейный очаг и родительский дом станут местом "начала начал", местом единения всех и каждого.

 


02.02.2013.